Алимбаев, М. Путь учителя [Текст] : И. Алтынсарину / М. Алимбаев ; пер. Ф. Моргуна // Пою Россию мою: стихи казахских поэтов о России, братской дружбе казахского и русского народов / сост. С. Сеитов. — Алма-Ата, 1981. — С. 174-175.
Шаяхмет, А. Чистый родник: пьеса / пер. автора // Шаяхмет, А. Голос степи / предисл. Ю. Бондаренко. — Астана, 2016. — С. 137-166.
Шаяхмет, А. Завещание Ибрая: пьеса / авториз. пер. А. Досова // Шаяхмет, А. Голос степи / предисл. Ю. Бондаренко. — Астана, 2016. — С. 202-235.
В сборник «Голос степи» профессора КГУ, писателя Акылбека Шаяхмета вошли две пьесы, посвянщеные Ибраю Алтынсарину: «Чистый родник» и «Завещание Ибрая».
«Чистый родник» — название рассказа Алтынсарина в переложении языка пьесы звучит как напутствие о чистоте помыслов и сердца современным людям, «упивающимся властью»: акиму, профессору, адвокату, поэту.
События документально-драматической композиции «Завещание Ибрая» разворачивается в Торгае, где 150 лет назад была открыта первая народная школа. Спектакль на 2-х языках по пьесе был поставлен костанайским русским драматическим театром.
Симашко М. Колокол: роман и повести / М. Симашко; сост. К. Отегул; предисл. К. Нургали.- Астана: Аударма, 2011.- 565,[3] c.: портр. — (Б-ка Каз. Литературы).
Середина 19-го века, Оренбург. В экспериментальной школе для киргиз-кайсацких детей, открытой Высочайшим повелением при Пограничной комиссии, учится мальчик, который выжил – наследник степных биев, вырезанных местным пугачевым на глазах у мальчика. Казахская родня пытается вырастить из юного бия волосатую руку в кармане Белого царя, силовые ведомства, курирующие школу, готовят туземным ученикам противоположную судьбу. А Ибрагим каждую ночь просыпается от повторения кошмара, стесняется побитой лишаем головы, зубрит русский с географией, молча разглядывает и слушает русских да татар — и мечтает возвести в степи город с белыми куполами, счастливыми жителями и совсем без убийц.
Мальчиком этим был Ибрай Алтынсарин — будущий просветитель степи. Ибрай не позволяет муллам прерывать школьные занятия, а миссионерам – крестить учеников, толкует тактические азы генералам-истерикам и чиновникам-шовинистам, терпеливо пишет объяснительные в связи с очередным доносом, из двух сцепившихся в сваре дядек выбирает третьего, спокойно выбивает копейки на народное образование, продает последнее имущество, чтобы построить школу (на которую все никак не выделятся казенные деньги) и содержать дочку умершего наставника – и каждый день бьет в колокол, объявляя всей степи начало урока, и неважно, что степь и город не торопятся на этот урок. Он все равно начнется.
Каирбеков, Г. Степной колокол : поэма // Каирбеков, Г. Крылатые годы : стихотворения и поэмы / Г. Каирбеков. — М., 1984. — С. 90-149.
Поэма посвящена приезду Ибрая Алтынсарина в Тургайскую степь для того, чтобы открывать школы:
«Народ мой темен. Грамотные есть,
Но их по пальцам можно перечесть…».
«В родной степи, вблизи и вдалеке,
Чтобы народ наш не был в тупике,
Открыть нам школы надо повсеместно,
Учить в них на казахском языке».
Но строительство школы замедлялось доносами, бесчисленными жалобами, даже вызовом в Оренбург и арестом. Пришлось Ибраю доказывать генералу, что «народ страдает в темноте»:
Я нынче десять взял учеников.
Те десять — сто возьмут! Вот счёт каков!
Пройдет немного лет — в степи привольно
Прольется свет, не зная берегов…
Возвратившись, начал он составление учебника на казахском языке: «Он юным посвятил себя всецело, своею жизнью хочет им помочь…». И загудел школьный колокол, возвещая о том, что «в степи просвещение пришло».
И вот пришло новое время, стоит в Тургае школа, носящая имя Ибрая, и молодой учитель рассказывает детям про Алтынсарина:
Он звал: «Пора! Учится мы начнем!…»
И этот клич летел из дома в дом.
Он заложил фундамент этой школы,
И будем вечно помнить мы о нём.
…Тот колокол и нынче у ворот,
Всегда за ним ухаживал народ.
Стирайте пыль с него и берегите,
Истории самой в нём слышен ход.